Журналист «Комсомолки» отправился на юго-запад республики, чтобы выяснить, действительно ли в нашей стране есть крупные запасы нефти

Нефть в Молдове есть. Ее нашли в 1957 году советские геологи. Еще тогда они пробурили в целях разведки по всей республике более трех тысяч скважин. А нашли ее лишь близ села Валены, на юге страны. Вначале обрадовались. Нефть в Восточной Европе, да еще и в одном из густонаселенных регионов СССР имела стратегическое значение. Изучили месторождение. Покопались еще чуть-чуть. И... решили бросить скважины, так и не начав добычу. Оказалось, маловато нефти будет. Да и хлопотное это дело, ради нескольких тысяч тонн оборудование устанавливать, когда в той же Тюмени нефть рекой льется. А месторождение все-таки в реестр нефтяных залежей СССР внесли. Пускай и маленькое оно совсем, но все же... Как говорится, «на всякий пожарный». Прошло время. Молдова стала независимой, бензин уже не десять копеек стоит, да и машин существенно стало больше. Месторождением в 1995 году снова заинтересовались. Американцы. Компания «Redeco» получила право на разведку и добычу нефти до 2015 года в районе села Валены Кагульского района. По новым данным выяснилось, что в этом регионе побольше нефти будет, нежели русскими было заявлено вначале. И опять в этом крае завизжали буры. А уже в 2004 году компания начала добычу в промышленных масштабах. Из скважин полилось семь тысяч тонн молдавской нефти!

Молдаване - самые бедные нефтяники в мире


Уже будучи в дороге, я предвкушал увидеть... нет, не нефтяные вышки или станки-качалки, а все то, что неразрывно связано с ними: благоденствие региона, лица людей, довольных жизнью, и бензин по смешным ценам. Первые опасения возникли после того, как мы выехали из Кагула. Дорога к Валенам была пустынна. Для полноты картины лишь перекати-поля не хватало. Так, кое-где по трассе проезжал велосипедист или тележка, запряженная осликами. И редким гостем на ней был король асфальтированной дороги - автомобиль.
- Ну вряд ли местные жители экономят, - подумал я. - Они, скорее всего, все в ряды «зеленых» (экологическое движение, - прим. ред.) вступили. Вот и не ездят на автомобилях. Предпочитают экологически чистый транспорт, - пытался я себя успокоить. Мимо нас промелькнула автозаправка. Краем глаза заметил на панно стоимость бензина: А95 - 11 леев и 80 бань, А93 - 11 леев и 40 бань. Чуть не поперхнулся. Как же так, заправка находится в двух десятках километров от месторождения горючего, а стоимость ну ни на бан не ниже общереспубликанских. Непорядок!

***
Валены. Этот населенный пункт почти ничем не отличается от многих других в регионе. Аккуратные домики стоят по краям высоких и сильно изрезанных холмов. Численность населения - 3600 человек. Почти все живут за счет квот (земельных участков). Выращивают, в основном, столовые сорта винограда: изабеллу, каберне, совиньон. Виноград сдают по смешным ценам на винзаводы в ближайшие села: в Слободзию Маре и в село с вкусным названием - Брынза. Из Вален уехало за границу всего человек сто. Не более. Постоянной работы ни у кого почти нет.
- Работаешь на эти квоты, и не знаешь, будет урожай или нет, - вздыхает местный житель Василий Згеря. Он медленно сметает метлой с зеленой лужайки перед мэрией мусор.
- Нет работы. Единственный источник заработка - виноград. За год на нем зарабатываешь, ну «тыщ» тринадцать. А заплати налог. А заплати за землю. Заплати за «химикаты». Заплати... И что остается? А топливо нынче такое дорогое. Не зря поле с квотами сейчас, как шахматное поле. Многие бросают это дело.
- Не пробовали куда-то устроиться? - осторожно начинаю я разговор.
- Куда устроиться? - удивляется Василий Владиславович.
- На нефтяные скважины, к американцам...
- Какие американцы? Нет их давно. Уехали. А на скважинах работают наши, валенские. Зарабатывают они по тысяче...
- Долларов, - пытаюсь угадать ход его мыслей.
- Да вы что! Каких долларов? Леев!
***
На краю Вален, за бетонными плитами стоит пункт сепарации нефти. Михаил Чепеляга, начальник участка Вален-ского месторождения, отдает приказания. Рабочие-водители тут же у пункта наполняют бензобаки грузовиков топливом.
- Они нашим молдавским бензином заправляются? - спрашиваю я Михаила Федоровича.
- Нет, конечно. Это топливо привезли из Кагула. Импорт. Чтобы из нефти получить бензин, его переработать вначале надо. А вот, кстати, в этих сосудах, - он рукой показывает на гигантские черные металлические бочки, и происходит сепарация. То есть здесь нефть отделяется от воды. Потом ее везут на Комрат-ский нефтеперерабатывающий завод. Где она и перерабатывается.
- А в них сепарируется наша молдавская нефть? - с надеждой спрашиваю его.
- Наша. Молдавская.

«Коричневое» золото


В нескольких километрах от села Валены, неподалеку от румынской границы, протекает река Прут. Перед тем, как его воды впадают в Дунай, он наполняет ими свой аппендикс - озеро Белеу. Этот водоем и близлежащие болота и топи - своего рода перевалочный пункт для лебедей, аистов, пеликанов, цапель. Поэтому этот уголок молдавской природы охраняется законом. Здесь расположен Нижне-
прутский заповедник. Как назло именно здесь, на болотах, и нашли нефть вначале русские, а позже здесь же, уже в заповедной части, их дело стали продолжать американцы. Говорят, что именно из-за этого янки отсюда и ушли. Попросту не могли договориться с молдавскими экологами. Насколько это правда - неизвестно. За дело американской «Redeco» взялась молдавская фирма «Valex Chimp».
- Да особо волноваться они не стали, - рассказывает Юрий Томак, заместитель директора новой «Redeco» в Молдове. Что такое для крупной компании семь тысяч тонн нефти в год (столько они выкачивали ее в 2005 году, - прим. ред)? Чепуха. Поэтому они и ушли отсюда. Возможно, ждут, когда нефть хлынет потоками и превратит Валены в Клондайк. Но вряд ли такое возможно. А пока, с их согласия, молдавская фирма «Valex Chimp» взялась оживить дело «Redeco» в Молдове. Делает ей искусственное дыхание. Восстанавливает скважины, наводит порядок.
Сейчас новая «Redeco», чтобы не повторить ошибку американцев, пытается выполнить все условия государственных служб. Экологов, в первую очередь.
- Мы не забираем у лебедей рыбу, а лебеди не забирают у нас нефть, - рассказывает Юрий Викторович. - Такой
условный договор должен быть. И чтобы они могли существовать, и мы могли качать.

Все площадки, на которых стоят качалки, поднимаются, чтобы во время половодья водой не залило. Протягиваются трубопроводы. Вся закачанная нефть будет идти за периметр территории добычи. За-гружаться она будет уже за самим периметром. Юрий Томак ведет по глиняной насыпи, которая уходит на пятьсот метров вглубь болот. Неподалеку белые аисты меряют топь в надежде поживиться зазевавшейся лягушкой. Если напрячь зрение, на горизонте видны с десяток молдавских лодчонок, рассекающих водную гладь озера Белеу. На краю глиняной насыпи возвышается станок-качалка. Самая что ни на есть настоящая, как в фильмах про арабскую нефть. Только в отличие от киношных, этот станок - небольшой. Метра три в высоту. Оно и понятно, нефть добывается с небольшой глубины. Всего пятьсот метров отделяет качалку от «черного золота». Одна такая скважина дает три тонны нефти в день. Около тысячи в месяц. Ничтожное количество для крупных мировых компаний. Но для Молдовы - это настоящее богатство. Все работы на месторождении «временно заморожены» решением правительства. Всего на Валенском месторождении восстановлено десять скважин. Их количество планируется увеличить до тридцати. К каждой скважине работники относятся, как к человеку. Кроме условных побуквенных обозначений а-ля скважина «Q» или «R», бурильщики дают им еще и женские имена. Есть скважины с уменьшительно-ласкательными именами - Катюша, Фрося, Маша...
- Кстати, если я спрошу, какого цвета нефть? Что вы ответите? - задал мне вопрос Юрий Викторович.
- Черная, - осмелился я предположить.
- Вовсе нет.
Он подводит меня к вален-ским рабочим, которые ремонтируют скважину, из которой течет флюид - нефть, смешанная с водой. На цвет жидкость темно-коричневая.
- Коричневая? - удивляюсь я.
- Вот именно. Уже позже она дегазируется и приобретает свой законный черный цвет. Вообще наша нефть специфичная, - продолжает Юрий Викторович. - Она тяжелая и маслянистая. Из нее светлых нефтепродуктов получается немного. Бензин из нее не выходит, зато она дает дизель, хорошее базовое масло и битум высокого качества.
- Жаль...- начал было я.
- Но почему именно бензин? Почему все на нем зациклились? Масло же не дешевле, чем бензин. Ребята в промасленных куртках смотрят, как флюид наполняет емкость.
- Да, нелегкое это дело, наверное? - предположил я, на-блюдая за этим процессом.
- И не говорите, - вздохнул Юрий Викторович. - Все постоянно считают конечный итог. Как-то к нам приезжал румынский специалист. Назвал наше месторождение «зама де доларь». И так все считают. Но перед тем, как эту «заму де доларь» получить, это же сколько времени нужно потратить, усилий, средств. И даже не знаешь, - продолжил заместитель директора «Redeco», - заработаешь на ней или нет. Я бы даже так сказал: добыча нефти - это игра в карты. Это игра в карты с Богом. И, как правило, выигрывает Всевышний.

Мы воруем румынскую нефть?

Настоящих специалистов на месторождении немного. Сейчас, пока работы «заморожены», здесь работает человек сорок из ста двадцати. Не готовят у нас нефтяников в институтах. Работают те, кто когда-то качал нефть в России, и те, кого уже на месте обучают этому делу. В основном, трудятся местные жители из села Валены и соседнего с ним Слободзия Маре. Наемных нет. Зарплаты по сельским меркам колоссальны - 700 - 3000 леев.
- Меня часто спрашивают насчет моей работы. Мол, кем ты работаешь? - рассказывает Юрий Томак. И мне приходится что-то сочинять. Потому что, когда я говорю, что я занимаюсь разработкой залежей нефти в Молдове, мне не верят. Чуть ли не пальцем у виска крутят!
Дымкой, пятнышком на противоположной стороне Прута виднеются дома. Юрий Викторович уловил мой взгляд.
- Румыния. Село Шивица. Они тоже качают нефть, - говорит он. - Раньше бытовало мнение, что мы качаем их «золото». Вздор. Наше месторождение заканчивается у Прута. Небольшое оно. Радиус - всего три километра...
Да и самой нефти в Валенах немного. Всего здесь - по геологическим данным - два миллиона тонн. Из них добываемы всего тридцать процентов. Около шестисот тысяч. Обогатить Молдову ими ну никак не удастся. Сейчас у молдавских геологов новые предположения на сей счет. Считают они, что от Карпатских гор до Тараклии на глубине более двух тысяч метров простирается гигантское нефтяное пятно. И, мол, качать из него - не перекачать. Неисчислимые миллионы тонн спрятаны от глаз человеческих. А «Redeco» якобы эту нефть не нашла. Не дотянулась, не справилась с задачей. Даже космические съемки, которые проводили американцы, не помогли, А недавно правительство Молдовы даже предложило азербайджанским специалистам- нефтяникам, как лучшим на постсоветском пространстве специалистам в этой области, принять участие в разведке нефтегазовых ресурсов на своей территории, чтобы подтвердили они предположения наших геологов. Только сомнительны эти гипотезы. С 1957, вплоть до семидесятых годов, советские геологи облазили нашу страну вдоль и поперек. Пробуривались на глубину до 4500 метров. И ничего не нашли, кроме Валенского и нескольких газовых месторождений. Может, что-то пропустили? Может, из-за того, что технические возможности не позволяли эффективно расположить буровые скважины, ошиблись советские геологи. А сейчас благодаря современной сейсморазведке и вправду найдут что-то. Хотелось бы в это верить. Может, действительно станем мы в скором времени европейским Кувейтом. Только, может, имеет смысл вначале не гнаться за легким способом обогатить страну, а попытаться вложиться и направить усилия в другое русло? Есть же у нас ресурсы, которыми мы на самом деле богаты. Нет, не нефтяные они, и не алмазные, а самые что ни на есть человеческие. И этот ресурс не менее исчерпаем, чем уголь или руда. Геологи хорошо знают, что даже нефть мигрирует, «убегает» на десятки километров, когда не работает месторождение и этому способствуют условия. А что уж говорить про людей, представляющих собой богатство нашей страны, которые обладают интеллектом, талантом и золотыми руками, но не могут себя проявить на родине?
Ехал я и думал об этом, а в это время по трассе колесила тележка с осликом. Нет, ездят на осликах местные не потому что в экологи записались, а потому что «...нет работы». Единственный источник заработка - виноград. «За год на нем зарабатываешь, ну «тыщ» тринадцать. А заплати налог. А заплати за землю. Заплати за «химикаты». Заплати... И что остается? А топливо нынче такое дорогое...»

ЗВОНОК ГЕОЛОГУ

Анатолий ДРУМЯ, академик, заведующий лабораторией сейсмологии Института геологии и геофизики Академии наук Молдовы. Включен в группу экспертов по рассмотрению возможности поиска и разведки запасов нефти и природного газа на территории Молдовы, созданную распоряжением правительством 1 марта этого года)

- Алло, Анатолий Васильевич, здравствуйте!
- Здравствуйте.
- Журналист «Комсомолки» беспокоит. Хотим узнать, есть ли в Молдове большие запасы нефти?
- Не исключено.
- А сколько ее?
- Только разведка сможет определить.
- А это правда, что в Валенах качают румынскую нефть?
- Это миф. Не более. Месторождение нефти - это же не резервуар с жидкостью под землей. Не верьте в эти мифы!
- Спасибо.
- До свидания.

КСТАТИ

Валенское месторождение, Кагульский р-н. По составу оно относится к типу нафтано-ароматических малосернистых безбензиновых нефтей. Кроме этого месторождения существует еще и Чеболакчийское (Викторовское) месторождение горючих природных газов.

Комсомольская правда в Молдове 27.03.2007

Андрей ГИЛАН
Фото автора.
Кишинев-Валены-Кишинев.

Понравилась статья? Подпишись

Похожие записи:

1 Comment

  • Лилиан

    Нашел информацию о том что озеро Белеу высыхает и-за деятельности нефтянников. Правда ли это?

    (Обязательно)
    (Обязательно, не публикуется)